Жизнь постепенно возвращалась к Павлу Ольшевскому. Пошли двадцатые сутки с того дня, как ему вместе с Сергеем Смирновым удалось вырваться из засады, организованной контрразведкой в доме Свидерских, но далеко им отъехать не дали. Выпущенные вдогонку пули пробили колеса, и машина, пропахав десяток метров по мостовой, врезалась в фонарный столб. Сергей, не обращая внимания на кровь, хлынувшую из ссадины на голове, подхватил его под мышки и потащил в подворотню. Запоздалый залп просыпался на их головы кирпичной крошкой. Последнее, что осталось в меркнущем сознании Павла, – кромешная темнота сарая на задворках заброшенного склада.

Уложив его на доски, Сергей приготовился отстреливаться, но погоня потеряла след, звуки выстрелов постепенно удалялись в сторону речного порта.

В сарае они просидели целый день. Сергей, как мог, перевязал Павлу рану вырванным из рубашки лоскутом. Павел на глазах терял силы. С наступлением ночи Сергей взвалил Павла на плечи и потащил к бедняцким кварталам.

Рабочая слобода равнодушно смотрела на них темными глазницами подслеповатых окон. Сергей решительно постучался в дверь первой попавшейся на пути халупы.

В окне вспыхнул свет керосиновой лампы, затем в сенцах раздалось шлепанье босых ног, лязгнул засов, и дверь приоткрылась. Смирнов отодвинул в сторону остолбеневшего хозяина, прошел в комнату и опустил Павла на кушетку. Жена хозяина, бабенка лет тридцати, охнув, осела на лавку. Из-за занавески, отгораживающей угол комнаты, донесся испуганный шепот, в полумраке блеснули три пары любопытных ребячьих глаз.

Первым пришел в себя хозяин. Он метнулся на кухню и принес оттуда жбан с водой, жена притащила чистых тряпок. Сергей наблюдал за тем, как они сняли с Павла повязки, в том числе и сделанные еще Свидерским, и принялись промывать раны. Павел чувствовал себя все хуже и хуже, от большой потери крови лицо его было почти зеленым.

– Совсем плохой. Надо звать врача, – насупился хозяин.

– Саша… А мы? Дети? Ты подумал? – взмолилась жена.

– Пока думать будем, он помрет. Я пошел за Константинычем.

– А это кто? – насторожился Смирнов.

– Не бойся, не полицейская ищейка. Врач, – успокоил хозяин и, нахлобучив шапку, выскочил на улицу.

Отсутствовал он недолго, но эти короткие минуты показались Сергею вечностью. Он сидел как на иголках, опустив руку в карман, где лежал пистолет. Но опасения оказались напрасными. Появившийся в доме доктор не стал задавать лишних вопросов и сразу занялся Павлом. Как выяснилось, пуля прошла между ребер и застряла под правой лопаткой. Было удивительно, как с таким ранением Павел смог продолжить бой, прикрывая отход Свидерских и Дервиша.

Операция окончательно измотала Ольшевского – доктору пришлось повозиться, прежде чем пуля свинцовой тяжестью брякнула на дно тазика. От боли и слабости Павел потерял сознание и пришел в себя только перед рассветом. Сергей оставил его в семье Семиных, а сам отправился в город выяснить обстановку.

Вернулся он поздним вечером, мрачный как туча. Новости были хуже некуда. Дмитрий погиб в перестрелке, поймали доктора и Анну, судьба еще троих подпольщиков из железнодорожных мастерских оставалась неизвестной. О Дервише ходили самые противоречивые слухи. Одни говорили, что он убит, другие – что жив и ушел в глубокое подполье. Леон, один из немногих, кому удалось уцелеть после зачистки контрразведки, тоже не прояснил ситуации – среди убитых тело Дервиша не обнаружили, но и на связь резидент не выходил.

Павел провалялся в постели больше трех недель и только после Рождества пошел на поправку. Новый резидент настоял на том, чтобы переправить его из Харбина в тихий Фуцзинь. Здесь он набирался сил перед тем, как уйти через «окно» на границе в Советский Союз. Сергей Смирнов уже находился там.

К середине февраля, когда морозы ослабли, Ольшевский вместе с проводником Ху тронулись в путь. Четверо суток, в основном ночью, обходя стороной крупные поселки, они пробирались к границе. Им везло, и только на пятый день они напоролись на полицейский патруль у зимней дороги через Сунгари. Но все обошлось – приглянувшиеся начальнику патруля часы Павла отвели опасность. Все же они решили не рисковать и дальше шли лесом.

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Также по теме

Пирамида в Сейле
Пирамида в Сейле – это пирамида, которая находится недалеко от железной дороги, между Фаюмом и Нилом, на горе. Данную пирамиду обнаружили в 1898 году, это был Людвиг Борхардт. Стоит отметить, чт ...

Война и политика в письмах Императрицы Александры
Результатом этой "утечки" стала первая публикация писем императрицы Александры Федоровны, предпринятая берлинским издательством "Слово" в 1922 году. Письма публиковались, начиная ...

БИБЛИОГРАФИЯ
1. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета- Синодальное издание. 2. Авеста. — М, Дружба народов, 1993. 3. Аверинцев С.С. Плутарх и античная биография. — М, 1973. 4. Агбунов М.В. За ...