По утрам лагерь напоминал растревоженный муравейник. У бараков выстраивались колонны заключенных. Еще и еще раз проводилась перекличка. Отборный мат сопровождался лаем собак. Начальник лагеря страдал краснобайством. Одетый в теплый тулуп, он клеймил с дощатой трибуны «врагов народа» и «предателей», грозил «стенкой» за невыполнение норм, а потом возвращался в административный барак к теплу и свету. Вслед за ним на трибуну залезал его заместитель – зачитывать список работ. Список был неизменным – лесоповал. Были и блатные места – мастерские, кухня, больничка, но они доставались уркам. Те знали свое дело и на зоне по сравнению с политическими жили в общем-то неплохо. Когда кутерьма заканчивалась, черная колонна, подгоняемая собаками, выползла за ворота. Через час, а то и больше заключенные, едва волоча ноги от усталости, добирались до вырубки. И начиналась работа. Караульные в это время отогревали свои зады у костра.

В этот день Плаксу повезло: он и еще трое политических были назначены костровыми. Костровым полагалось собирать сушняк, разжигать костры и следить за тем, чтобы они не погасли. Почти как в пионерском лагере, но если не справишься – отметелят так, что мало не покажется, а могут и расстрелять, это как будет настроение у охраны. Но у охраны, по крайней мере сегодня, настроение было благодушным.

Спичка в руках Плакса сухо треснула, и подложенный мох нехотя начал разгораться. Можно было ненадолго расслабиться. Сучья в огне уютно потрескивали. Плакс грел над огнем замерзшие руки. Скоро идиллия закончится, и придется снова идти в лес за сушняком.

Время тянулось медленно, хотелось одного – спать. Пусть в бараке, пусть недолго, но спать, спать, спать…

Внезапно сторожевые псы угрожающе зарычали. Плакс присмотрелся и увидел, что по просеке торопливым шагом, почти бегом, к делянке приближаются двое. Начальник лагеря? – удивился он. Вскоре уже и сомнений не осталось – начальник собственной персоной, а за ним его услужливый зам. Такое случалось нечасто, охрана вскочила и схватилась за автоматы, заключенные прервали работу – неожиданное появление начальства ничего хорошего не сулило. Примета верная – жди беды.

Энергично размахивая руками, начальник лагеря что-то прокричал караульным. Один из них резво помчался к костровым.

– Задницу ему, что ли, подпалили? – философски изрек Сергеич.

– Подпалили-то ему, а достанется нам, – мрачно заключил Плакс.

– Похоже, по нашу душу.

Ошибки не было – охранник, бежавший прямо на них, еще издалека закричал:

– Плаксин, ко мне!

– Ну вот, накаркал, прощайте, – с ожесточением произнес Плакс и, утопая в снегу, побрел от костра.

– Ты можешь быстрее, скотина! – взвился охранник.

– Молчать! – вдруг рявкнул на него подоспевший начальник лагеря и неожиданно миролюбиво поторопил: – Давай, Плаксин, поживее. У нас мало времени.

Плакс терялся в догадках. За поворотом их ждали сани. Когда они добрались до них, начальник распорядился:

– Садись! – И даже едва ли не по-дружески хлопнул зэка по плечу.

Но и на этом чудеса не кончались. Когда обескураженный Плакс с трудом уселся, заместитель начальника собственноручно накинул на него тулуп и погнал лошадь. Тщедушное животное поскакало бодренькой рысью, и спустя пятнадцать минут они уже были у ворот лагеря. Часовые проворно распахнули ворота, и сани подкатили к крыльцу административного барака. Плакса заботливо подхватили под руки и провели вовнутрь.

Страницы: 7 8 9 10 11 12 13 14

Также по теме

Пирамида Микерина
Пирамида Менкаура, сына Хафры и его наследника, которого греки называли Микерином, самая маленькая из больших пирамид Гизы. Первоначальная высота 66 м, нынешняя — 55,5 м, длина стороны 103,4 м. ...

Сильнее «Виагры»
Мексиканские пирамиды по размерам не уступают египетским, например, 60-метровая пирамида Солнца в городе Теотихуакан близ Мехико имеет основание площадью 200 кв. м. Все они усечены в верхней части, и ...

ЭПИЛОГ
Теперь я подхожу к самому невероятному эпизоду моей истории, к моему перемещению во времени, в вашу эпоху. Мы работали над овладением темпоральными полями, и нам уже удалось добиться кое-каких ус ...