Изрядно поработав локтями, пробился в магазин «И. Я. Чурин и K°», потолкался в главном зале, примерил шляпу, купил газету, поболтал с хорошенькой продавщицей, поглядывая при этом в зеркала. Вроде бы слежки за ним не наблюдалось, однако он не спешил выходить на улицу. Будучи человеком молодым, он не мог не остановиться у прилавка, пестревшего, словно павлиний хвост, набором модных галстуков. Особенно ему понравился темно-зеленый, с золотистыми драконами. Почувствовав это, прыткий приказчик тут же начал обхаживать клиента: услужливо подставил зеркало, с одобрением зацокал языком, закивал набриолиненной головой. Галстук и в самом деле был хорош и, несмотря на заломленную цену, стоил того.

Теперь, когда все требования конспирации были соблюдены, можно было с легким сердцем идти на встречу с резидентом. Отлично продуманные действия сбили бы с толку и самого опытного из шпиков, тем не менее на улице Павел подстраховался. Пару кварталов он прошел неспешным шагом праздно гуляющего человека, засматриваясь на витрины и женщин, а затем шмыгнул в подворотню, где затаился в нише. Через несколько минут, убедившись, что «хвоста» за ним нет, он смело направился к китайскому ресторанчику, где намечалась встреча.

Улица шла под уклон, и ноги сами несли к цели. Вскоре за деревьями проглянула серебристая гладь реки. Теплая, без дождей погода благотворно повлияла на своенравную Сунгари. Прозрачные воды ее мирно журчали у свай горбатого мостика, ведущего к ресторану, расположенному на живописном островке. У кромки камыша большими поплавками покачивались джонки, рыбаки-китайцы, незлобно поругиваясь, тянули сети. Павел остановился и понаблюдал за ними. Китайцам везло: жирные сазаны, сверкавшие в воздухе чешуей, похоже, весили прилично. Оставалось только вздохнуть – заядлый рыбак, Павел не мог вспомнить, когда в последний раз он сидел с удочкой. После двадцать второго июня свободного времени у него не оставалось.

Торопливое тиканье часов напомнило о том, что встреча приближалась. Достав из кармана пальто газету «Харбинский курьер», Павел вошел в ресторан. Народу было довольно много. Большинство – китайцы и корейцы, и лишь в дальнем углу расположились европейцы. Сомневаться не приходилось: это были немцы, пиво у них за столом лилось рекой. Кто-то уже затянул «Песню о свастике». «Свастика в белом круге на огненно-красной основе освобождает весь мир…» – эту песню часто крутили на германских волнах.

Павел расположился на открытой веранде. Отсюда неплохо просматривались вход и бóльшая часть зала.

– Что хочет заказать господин? – Официант, само подобострастие, возник словно из воздуха.

Не заглядывая в меню, Павел заказал хуаншэн – жаренный в масле арахис, к которому питал особую слабость, и свинину. Здесь ее готовили отменно, он знал это. Отдаленно она напоминала русский, а вернее кавказский, шашлык, только более острый и почему-то хрустящий, хотя само мясо оставалось отменно мягким. Аппетит разгорался. Недолго поколебавшись, он добавил к свинине рыбную закуску в сладком соусе, грибы муэр и бутылку «смирновской» водки. Прохвост-официант, кинув на Павла оценивающий взгляд, предложил ему «особое меню», подразумевавшее опиум, но Павел так зыркнул на него, что тот, моментально уменьшившись в росте, исчез на кухне.

Время до встречи с президентом еще оставалось, и Павел развернул принесенную газету. С ее страниц белогвардейская верхушка взахлеб трубила о скором крахе Советов. В Харбине, Хайларе и Хэгане штабы атамана Григория Семенова вели запись в добровольческий корпус. Союз «Освобождение» призывал к сбору средств на нужды «русской армии». Он же призывал к крестовому походу против «жидомасонской верхушки Советов». Ненависть к той власти, что была в Москве, сочилась из каждой строчки. Павел хорошо знал эту публику. Бывшие жандармы грозились увешать большевистскими вождями все фонарные столбы на нынешней улице Горького, а прежде – Тверской. Им вторили истеричные дамы, давно разменявшие дворянскую честь на харбинской панели. В урапатриотическом порыве были они готовы принести себя в жертву «коммунистическому быдлу» ради спасения оскверненного Отечества. О том, что это Отечество не смогли поделить между собой их амбициозные мужья – царские министры и генералы, они как-то упускали из виду. Читать это печатное варево, обильно сдобренное клеветой, было неприятно, но разведчик – это прежде всего выдержка, хочешь не хочешь, а «мина» должна быть подходящей. К тому же газета служила сигналом для резидента.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Также по теме

Пирамиды Канарских островов
Эти хорошо сложенные груды камней показывают всем туристам, остановившимся на Тенерифе. Туристов привозят в парк Гуимар (рядом с одноименным городком) и водят между невысокими ступенчатыми пирамидами, ...

Другие гипотезы предназначения пирамид
Помимо известных теорий, дающих то или иное объяснение назначению Великой пирамиды, высказывался и целый ряд других гипотез. В их числе можно назвать следующие: 1. Египетские пирамиды в целом служили ...

Пролог
…Гнев и отчаяние раскаленными иглами терзают душу… …срывающийся снег больно царапает разгоряченное лицо… …слишком мало времени… …слишком мало силы… …слишком много противников… …только боль, ...