И. В. Сталин на совещании с руководством НКВД. 1940-е гг.

Абакумов подошел к столу и в нерешительности остановился.

– Присаживайтесь. Ну, докладывайте, что там японцы против нас замышляют?

Генерал положил на стол папку, опустился на стул и замер. Минуты, в течение которых Сталин просматривал документы, показались ему вечностью. Но вот последняя страница была прочитана. Сталин тяжело поднялся из-за стола и подошел к окну.

«Подлец! Все вы одним миром мазаны! – с ненавистью подумал Вождь о министре иностранных дел Японии Ёсукэ Мацуоке. – Двенадцатого апреля ты, мерзавец, в этом кабинете головой клялся, что не вступишь в войну… – Услужливая память подсказала те самые слова: „Завтра соглашение подписано, господин Сталин. Давайте уточним формулировку: «В случае если одна из договаривающихся сторон окажется объектом военных действий со стороны одной или нескольких третьих держав, другая договаривающаяся сторона будет соблюдать нейтралитет». Если я солгу, моя голова – ваша“. – Врал, собака, за поставки нефти от Северного Сахалина отказался, а сам спал и видел, как бы оттяпать у нас Дальний Восток. Думал, меня, как козла морковкой, можно поманить своими намеками: „Судьбу Азии должны решать две силы – Япония и Россия, и потому нам лучше идти рука об руку. Япония закроет глаза, если СССР устремится к теплым морям и захочет получить порт Карачи…“. Тоже нашли дурака! Теперь-то я знаю, чего стоят твои слова. Вот и разведка подтвердила, что вы готовы прыгнуть нам на спину! Ну уж нет, не дождетесь! Вы еще ответите нам за Цусиму!»

С трудом подавив вспышку гнева, Сталин обернулся и спросил:

– Товарищ Абакумов, так вы полагаете, что японцы готовы напасть на нас?

Абакумов нервно сглотнул и, собравшись с духом, ответил:

– Товарищ Сталин, все будет зависеть от того, как пойдут дела под Москвой.

– А ведь это действительно так, – оживился Вождь. – Фашисты не ожидали, что их хваленый блицкриг провалится! Наша оборона становится все более прочной, и это обнадеживает.

– Да, товарищ Сталин, – кивнул Абакумов. – Информация из особых отделов фронтов подтверждает, что красноармейцы с каждым днем сражаются все более стойко.

– Выходит, не видать фашистам Москвы как своих ушей, а раз так, японцы будут медлить до последнего! Надеюсь, они хорошо усвоили наших уроке на озере Хасане и в районе реки Халхин-Гол! – Голос Сталина окреп.

– Но, товарищ Сталин, надо учесть, что разоблаченный шпион ссылается на авторитетный источник – начальника военной миссии генерала Янагиту… – осмелился напомнить Абакумов.

В кабинете воцарилась звенящая тишина. Абакумов отдавал себе отчет в том, что он позволил себе пресечь радужные надежды Вождя. Но тот пытливо заглянул ему в глаза и одобрительно заметил:

– Это хорошо, товарищ Абакумов, что вы отстаиваете свое мнение, но… – После этого «но» душа у Абакумова ушла в пятки. – Но разведка – это особая область. Кому, как не вам, знать, что белое на самом деле может оказаться черным. Надеюсь, вы меня понимаете?

– Да, товарищ Сталин! Мы проверяем информацию по другим каналам.

– Я не сомневаюсь в этом и хочу предупредить: не спешите с выводами. Восток есть Восток. Японцы будут вести игру и с нами, и с немцами, и мы не должны попасться на их крючок.

– Понимаю, товарищ Сталин!

– Это хорошо, что вы такой понятливый. Я вам верю, товарищ Абакумов, но не забывайте, ваша ошибка дорого обойдется…

– Я не подведу… Я… – У генерала перехватило дыхание.

– Идите и работайте, товарищ Абакумов! – завершил встречу Сталин.

Абакумов по-военному четко развернулся и вышел из кабинета. Сталин немного походил от стены к стене и остановился у карты. Болезненная гримаса исказила его лицо.

Несмотря на все усилия Ставки, линия фронта неумолимо приближалась к столице. 30 сентября по левому крылу Брянского фронта ударила 2-я танковая группа Гудериана, 2 октября перешли в наступление ударные силы группы армий «Центр». 3 октября пал Орел, 4 октября – Спас-Деменск и Киров, 5 октября – Юхнов, 6 октября – Брянск. В районе Вязьмы несколько крупных соединений Красной армии оказались в окружении. Положение на важнейших направлениях, ведущих к Москве, оставалось тяжелым. Вражеская авиация беспрерывно бомбила наши позиции. 13 октября враг вошел в Калугу, 16 октября занял Боровск, тишайший городок, лепившийся вокруг древнего монастыря, 17 октября был оставлен Калинин, 18 октября немецкие танки ворвались в Можайск и Малоярославец, откуда до Москвы рукой подать… И все же надежда оставалась. Сталин знал, что красноармейцы делали все, чтобы остановить атаки врага. Гитлеровцам казалось, что до победы оставались считаные километры, но они превратились для них в настоящий ад.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9

Также по теме

Пирамида Джосера
Пирамида Джосера - не только первая пирамида, построенная в Древнем Египте по приказу правителя III династии фараона Джосера, но и первое большое каменное сооружение монументального характера Древнег ...

Пролог
…Гнев и отчаяние раскаленными иглами терзают душу… …срывающийся снег больно царапает разгоряченное лицо… …слишком мало времени… …слишком мало силы… …слишком много противников… …только боль, ...

Китайская Белая пирамида выше египетской!
Весной 1945 года американский военный летчик Джеймс Гаусман совершил вынужденную посадку из-за неполадок в двигателе в «запретной зоне», в юго-западной части Китая. Оглянувшись вокруг, он ...