Прокопий, непосредственно участвовавший в войнах со славянами в свите полководца Велизария, и император Маврикий в своем «Стратегиконе» оставили нам довольно подробное описание славян, их жизни и нравов, хотя многие их сведения проверки не выдерживают и выдают либо тенденциозность авторов, либо недостаточную компетентность их информаторов. Например, согласно Прокопию, славяне жили "в жалких хижинах, разбросанных на большом расстоянии друг от друга, и все они часто меняют место жительства", а Маврикий пишет, что "они селятся в лесах, у неудобопроходимых рек, болот и озер, устраивают в своих жилищах много выходов, вследствие случающихся с ними, что и естественно, опасностей. Необходимые для них вещи они зарывают в тайниках, ничем лишним открыто не владеют и ведут жизнь бродячую". Он же пишет, что "…не имея над собой главы, они не признают военного строя, неспособны сражаться в правильной битве". "Каждый вооружен двумя небольшими копьями, некоторые имеют также щиты, прочные, но трудно переносимые. Они пользуются также деревянными луками и небольшими стрелами, намоченными особым для стрел ядом, сильно действующим".

У любого, прочитавшего эти строки, возникает естественное впечатление, что речь идет о совершенных дикарях. Хотя подобное представление опровергается и археологическими данными, и многочисленными противоречиями в трудах тех же самых авторов. Так, у читателя, узнавшего о "жалких хижинах" и "жилищах со многими выходами", естественно, встает перед глазами шалаш или какая-то нора, наподобие звериной берлоги. Но раскопки показывают, что имеются в виду городища, т. е. крепости, которые на самом деле имели по несколько выходов, вполне нормальный прием в фортификации. Эти городища строились в форме круга, укрепляясь валами и рвами, центральная площадь оставалась свободной, а по периметру располагались жилища. Они представляли собой землянки размером примерно 5 х 5 м, в центре размещалась глиняная плита, а по стенам — скамьи в виде земляных насыпей, на которых делалось деревянное покрытие. Проживали в таких городищах по 200–400 человек, хотя имелись и гораздо более крупные поселения — крепости, обнаруженные и в краю антов, и на землях западных венедов. Впрочем, и в описаниях военных действий против придунайских славян встречаются упоминания о «лагерях» — очевидно, тех же городищах, в которых проживали по нескольку тысяч человек.

Действительно, в IV–V вв., в период готско-гуннских войн и вызванных ими интенсивных переселений, в культуре славян отмечается значительный упадок. Исчезают красивая керамика, прежние фигурные сосуды с художественными изображениями зверей и птиц, заменяясь массивными простыми горшками без украшений, вылепленными вручную, без гончарного круга, то есть в походных или полукочевых условиях, когда людям нецелесообразно было обременять себя переноской громоздкого оборудования мастерских. Уменьшилось количество и ухудшилось качество других ремесленных изделий, весьма грубыми стали украшения. Развитые большие города с планировкой улиц, деревянными мостовыми, жилыми зданиями, многочисленными мастерскими и сложными системами крепостных сооружений, вроде Бискупин-ского городища под Познанью или Бероуна вблизи Праги, сменяются городищами временного типа, а вместо "прочных домов", о которых писал еще Тацит, появились упомянутые выше землянки. Впрочем, это объясняется не только общим упадком культуры или "бродячей жизнью" — в результате частых перемен места жительства и освоения новых пространств славяне перешли от прежней переложной системы земледелия на подсечную, когда участок леса выжигался, в течение 2–3 лет давал высокий урожай, а потом его забрасывали и осваивали новый. При такой системе, действительно, строить капитальные дома и города было нецелесообразно, поскольку удобнее было время от времени переносить селение поближе к обрабатываемым полям.

Но Прокопий и Маврикий писали о славянах уже не в IV–V, а в VI веке, когда многое в их жизни успело измениться. Правда, ви зантийцы чаще всего встречались с ними лишь в ходе боевых действий, поэтому возможно, что на всех славян распространялись сведения о склавинах, которые только-только осваивали долину Дуная, попутно испытывая прочность границ империи. Но даже в этом случае данные выглядят весьма однобокими и искаженными, тем более что у столь высокопоставленных авторов была полная возможность получить более точную информацию от пленных, возвращающихся из славянских земель, — согласно тому же Маврикию, срок неволи для них по славянским обычаям был ограниченным, после чего пленным предлагали или вернуться на родину за небольшой выкуп, или остаться уже на положении свободного и равноправного общинника. Об этом обычае сообщает и "Велесова Книга", упоминающая о римских воинах, которые трудились "на нас десять лет, а потом были отпущены нами" (III, 29).

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7

Также по теме

Другие гипотезы предназначения пирамид
Помимо известных теорий, дающих то или иное объяснение назначению Великой пирамиды, высказывался и целый ряд других гипотез. В их числе можно назвать следующие: 1. Египетские пирамиды в целом служили ...

Где в Мексике взобраться на пирамиды
Еще один момент, которым привлекают туристов курорты Юкатана - это возможность посмотреть на удивительные города майя. Народ, не знавший ни колеса, ни железных орудий труда, выстроил огромные пирамиды ...

Розовая пирамида
Северная пирамида (либо Розовая пирамида) входит в число самых крупных пирамид Египта и занимает третье место по высоте среди всех египетских пирамид. Расположена данная пирамида на территории Дахшурс ...