Конечно, жизнь в Восточной Европе шла своим чередом. Но после крушения Скифии, прихода в упадок Греции и нарушения ее тесных контактов с Причерноморьем оно превратилось в своеоб-разные "задворки цивилизованного мира". Экспорт хлеба из Ски-фии, прочно связывавший ее с Элладой, теперь прекратился — как показывают исторические данные, большинство греческих коло-ний, расположившихся по всему побережью Черного моря, выну-ждены были переориентироваться на связи между собой, и их торговля стала основываться главным образом на внутреннем об-мене товаров из различных регионов Крыма, Кавказа, Малой Азии, Северной Таврии (по-видимому, «внутричерпоморскнн» рынок здешним городам пришлось осваивать в III–II вв. до н. э., когда дорогу через Босфор перекрывали галлы). Это тоже в немалой степени способствовало дефициту информации из этих мест.

Какие-то сведения сохранялись только о крупных государствах, в той или иной мере задевавших сплетения средиземноморской политики, — о Боспорском и Понтийском царствах. Эллинистиче-ское Понтийское государство возникло в Южном Причерноморье из обломков Персии, сокрушенной Александром Македонским, а затем и державы самого Александра. Стоит напомнить, что в этот период было еще слишком много претендентов на роль мирового лидера. Рим в III–II вв. до н. э. отчаянно боролся с Карфагеном, и решался вопрос о существовании одного из них. На севере Балкан свои претензии на гегемонию предъявляли Эпир и Маке-дония. В Восточном Средиземноморье раскинулось могуществен ное сирийское царство Селевкпдов, подчинившее значительную часть Персии н Малой Азии. Борьба за ведущую роль между этими сильнейшими центрами еще только разворачивалась, и вопрос о победе в ней оставался открытым. Одним из таких кандидатов на лидерство было и Понтийское царство, набиравшее силу и по сути ничем не уступавшее остальным конкурентам.

Но и в Северном Причерноморье, так сказать, на местном уровне, шла борьба за лидерство. Поначалу здесь усилилось Бос-порское царство, включавшее восточную часть Крыма, Тамань, часть Приазовья и низовья Кубани. В отличие от Ольвии или Тира, богатевших за счет экспорта из Скифии, а после ее гибели вынуж-денных то и дело откупаться данью от набегов то одних, то других кочевников, Боспор волны сарматских нашествии обошли сторо-ной, и торговал он продукцией собственного производства, что дало ему возможность далеко обойти конкурентов, а в продаже зерна стать в этих краях монополистом. Богател он и на торговле рабами, скупая их у соседних кочевников, ведущих постоянные войны, и даже у северокавказских пиратов. Невиданно расцвели боспорские города, в них велось интенсивное строительство бога-тых дворцов купцов и знати. Был создан мощный военный и тор-говый флот, господствовавший на Черном море. Поддерживались международные связи с Афинами, Понтом, Египтом, Родосом и Делосом, Правда, нарастали и внутренние противоречия. Если большинство греческих колоний сохраняли характер государств-полисов, замкнутых на ограниченной территории, и несмотря на постепенную «варваризацию» населения, перенимавшего местные обычаи, это все же замедляло процессы смешения с коренными жителями, то в Боспорском царстве после завоевания Тамани и Приазовья подавляющее большинство населения было уже негре-ческим, Основную часть его составляли меоты, синды, добавились и переселенцы из погибшей Великой Скифии. Это стало причиной многочисленных противоречий и конфликтов между греками, обладавшими гражданскими правами и оказавшимся в привилеги-рованном положении, и представителями «варварских» народов, которым на Боспоре досталась роль людей "второго сорта", что со временем начало представлять для этого государства немалую опасность, тем более что по соседству стал усиливаться серьезный соперник — Крымская Скифия.

Где-то в конце II в. до н. э. для нее наконец-то устранилась опасность, постоянно грозившая с севера, — савроматы, неприми-римые враги скифов, оказались оттесненными на запад, сменив-шись языгами, а затем роксоланами, не испытывавшими к ним ни малейшей личной ненависти. И Скифия заключила с ними союз: по одним версиям равноправный, по другим — признав себя их вассалом. Как бы то ни было, Скифскому царству этот союз пошел только на пользу — как раз к этому времени относится его макси-мальный расцвет. Как уже отмечалось, в Крыму началось интен-сивное градостроительство. Царь Скилур начал чеканить монету со своим именем. Если греческие города «варваризнровались», то население Скифии, жившее в их окружении, наоборот, эллинизи-ровалось, постепенно впитывая греческую культуру, тем более что сюда нередко бежали греки и другие жители Боспора и Херсонс-са, недовольные своим положением в этих государствах. В резуль-тате союза с роксоланами скифы получили выход в степи Север-ной Таврии, значительно расширив территорию своих пастбищ, а затем предприняли поход на Ольвию. Эта крупная колония пред-почла покориться власти Скилура, что оказалось взаимовыгодным для обеих сторон, Ольвия получила защиту от набегов и «рэкета» других кочевников, и преимущества в торговле товарами Скифии, что способствовало новому подъему города. А Крымское царство Скилура получило через Ольвию выход на международные рынки и развитую производственную базу здешних ремесленных мастерских.

Страницы: 1 2 3 4 5

Также по теме

Война и политика в письмах Императрицы Александры
Результатом этой "утечки" стала первая публикация писем императрицы Александры Федоровны, предпринятая берлинским издательством "Слово" в 1922 году. Письма публиковались, начиная ...

ЭПИЛОГ
Теперь я подхожу к самому невероятному эпизоду моей истории, к моему перемещению во времени, в вашу эпоху. Мы работали над овладением темпоральными полями, и нам уже удалось добиться кое-каких ус ...

Предисловие
В сказке «Алиса в Зазеркалье» – второй части знаменитой детской дилогии Льюиса Кэрролла, ныне вошедшей в классику литературы для взрослых, – есть забавное стихотворение (исполняемое Траляля, брато ...