— Да-да, я сейчас. — Она опять зашевелилась, как машина, настраивая шестеренки пальцев на привычные движения.

Леонидов не мог уйти. Во-первых, боялся оставить ее одну, во-вторых, должен был отыскать хоть маленькую зацепочку, которая помогла бы в поисках.

— Извините, Лидия Евгеньевна, но я вынужден расспрашивать о вчерашнем вечере. Мы должны найти этого человека. Вы меня понимаете?

— Моя девочка! Как я ее вчера ругала! Зачем я ее ругала? Я сказала, что лучше бы она умерла. Вы понимаете? Я мать. Я пожелала смерти своей дочери. Поэтому она и умерла. Я убийца. Меня Бог наказал. Я его всю жизнь отрицала, а он меня наказал. У меня была такая красивая девочка. Она родилась с таким рыжим пухом на голове, глаза у нее были темные, пальчики маленькие, а на щечке родинка. Она даже не плакала — пищала. Я ничего не сохранила: ни пряди детских волос, ни одного молочного зубика. Ее тетрадки собирала и сдавала в макулатуру, когда они заканчивались, — не любила, когда в доме скапливался лишний мусор. А девочку мою всегда оставляла на Лизу. У меня тогда" была работа, всю жизнь только работа.

— Лидия Евгеньевна, вы вчера говорили с Лилей? Она боялась кого-нибудь? Вспомните, пожалуйста. Кого она боялась?

— Вас. Она так боялась, что бросила все свои вещи. Она курила, беспрерывно курила. Я стала кричать, что все пропахло этим вонючим дымом. В школе я била ее по губам. Если бы не била, Лиля бросила бы курить. Почему я всегда вызывала у дочери только чувство протеста? А теперь она умерла…

Слезы текли по лицу Лидии Евгеньевны. Леонидов отчаялся что-либо узнать.

— Куда Лиля поехала вчера вечером?

— К мужику своему, куда же еще. — Женщина даже перестала плакать, найдя объект, который мог разделить ее вину за смерть ребенка. — Это он ее убил, мерзавец! Он убил мою девочку!

— Лиля ничего про Беликова не рассказывала?

— Я ничего не хотела знать. Я их всех ненавидела, всех, которые совращали мою дочь. Если бы я знала тогда, когда они познакомились в этом дурацком офисе, что этот мерзавец ее убьет! Я бы легла на порог и не дала выйти моей доченьке…

— В каком офисе они познакомились?

— Не знаю. Какое-то собеседование. Лиля искала работу, это я заставила ее искать работу. В записной книжке, в ее комнате, должно быть все записано. Она всегда туда записывала, когда по телефону говорили, куда приехать. Беликов тоже приезжал в ту фирму устраиваться на работу.

Леонидов кинулся в комнату. На письменном столе аккуратно лежали книги, журналы, газеты. Все было рассортировано и разложено: видимо, вчера, когда Лилия бросила здесь свои вещи, Лидия Евгеньевна тщательно все разобрала и разложила в надлежащем порядке. Отдельно от всего лежал черный блокнот с обложкой из искусственной кожи. Когда Алексей его раскрыл, то никакой системы в записях не увидел. Хаос, который культивировала в себе-девушка назло родителям, отражался во всем. Куча телефонов, наспех помеченных самыми обычными именами вроде Тань, Марин и Наташ, перемешивалась с различными рецептами, все это слегка разбавляли схемы, указывающие местонахождение каких-то магазинов и учреждений. Некоторые страницы были заложены визитными карточками, преимущественно с мужскими именами.

Леонидов лихорадочно листал блокнот в поисках последних записей. Наконец он наткнулся на какой-то чертеж, лихорадочно набросанный прямо посреди страницы.

«Так, метро «Павелецкая» радиальная, это понятно. Номер автобуса, две остановки. Поворот за угол, это тоже более или менее ясно. Даже номер телефона есть. То или не то? Сбоку размашисто приписано: «Валя». Мужчина или женщина? Наверное, он. Во всяком случае, это последняя запись, а начинать надо с конца, ведь познакомились они недавно. Черт, рабочий день закончился. Никто не возьмет трубку. Может, они и взяли на работу того парня, тогда у них должны быть координаты. А если не взяли, он наверняка оставлял телефон, по которому можно было с ним связаться, чтобы сообщить результат собеседования. Так что он у нас в кармане. Если, конечно, это он убийца. Неужели он?»

В дверь позвонили. Леонидов прислушался. Раздались торопливые спотыкающиеся шаги, потом голоса, тихий плач, похожий на жалобу, низкий шепот.

«Ну, слава богу, еще одна проблема решена. Глав' ное, она теперь не одна. В таком горе, как смерть, самое страшное — это одиночество, на людях оно легче. За живых надо цепляться, за живых…» — подумал Алексей и вышел в прихожую.

В длинном широком коридоре Лидия Евгеньевна рыдала в объятиях крупного почти полностью облысевшего мужчины. Он неуверенно гладил жену по голове, глухо повторяя только одну фразу:

— Горе, горе…

— Здравствуйте. Вы отец Лилии?

— Да, — коротко кивнул он.

— Могу я теперь оставить Лидию Евгеньевну на вас? Ей дали успокоительное, напоите ее чаем и уложите. Вы сами-то как?

Страницы: 1 2 3 4

Также по теме

Тайна Большого Сфинкса
Большой Сфинкс, также как и Великие пирамиды, был построен завоевавшими Египет семитскими племенами. Доказательства этому настолько просты и очевидны, что мне непонятно, почему ученые на протяжении со ...

«Роковые» камни
Озеро Рок расположено в американ¬ском штате Висконсин в 20 милях к востоку от города Мэдисон. В 1836 году Натаниэл Хейер случайно обнаружил в озере небольшую каменную пирамиду с плоской вершиной. ...

Другие гипотезы предназначения пирамид
Помимо известных теорий, дающих то или иное объяснение назначению Великой пирамиды, высказывался и целый ряд других гипотез. В их числе можно назвать следующие: 1. Египетские пирамиды в целом служили ...