— Я любила… Прощала мужу этих девочек, не имевших ни для него, ни для меня никакого значения. Он и в делах добился такого успеха только потому, что никем не дорожил. Пропадал на работе ночами, домой приходил только спать. Как одинокий волк, рыскал в поисках кредитов и партнеров. Ну и институтские друзья помогли. На студенческих связях многое держится. Но я еще раз повторяю, что вряд ли могу вам помочь. Врагов своего мужа назвать не могу, в делах понимаю мало, к любовнице мужа ненависти не питаю. Убивать его не собиралась. И вообще, поймите меня, я сейчас меньше всего желаю чьего-то общества.

— Это муж так повлиял на ваши привычки? Переживаете в одиночестве, отвернувшись лицом к стене?

— Что? Да, знаете, люди, прожив вместе- много лет, перенимают часть друг друга в собственное пользование. К сожалению, Саша не принял моей доброты и любви к нему…

— Что ж, извините, что побеспокоил в неудачный момент. К кому я мог бы обратиться на фирме с вопросами о состоянии дел?

— К Паше, коммерческому директору.

— Сергеев Павел Петрович, шестьдесят третьего года рождения, не женат, проживает в Ясеневе. Правильно?

— Да, все абсолютно точно. Номер дома и квартиры тоже есть или записать?

— Запишите, Ирина Сергеевна, запишите.

Оперуполномоченный Леонидов брел по увядающей августовской Москве и бормотал про себя запомнившийся вывод из физики человеческих, тел, сделанный красивой девушкой определенного поведения: «Любовь бывает разная: жидкая, твердая и газообразная». Если очаровательная Лана квалифицирует свое чувство как любовь в твердой валюте, а платоническая Ирина Сергеевна явно подпадает под газообразную форму, то не ждет ли его в ближайшем будущем встреча с оставшимся неохваченным жидким видом?

Алексей нашел коммерческого директора Павла Петровича Сергеева в тот момент, когда тот снимал стресс по случаю смерти шефа на теннисном корте.

Теннис прочно вошел в моду как у высших чинов, так и у бизнесменов средней руки. Потея на корте, они верили в собственную исключительность из выхаркнувшей их на грунтовое покрытие среды, на которую теперь они надменно поглядывали сквозь мелкую металлическую сетку, окружающую открытую площадку. Павел Сергеев приобщался к элитарному виду спорта на пару с пузатым, хотя и молодым еще человеком. Был теплый августовский день, и они бегали по корту в дорогих спортивных трусах и белых майках.

Ядовито-салатовый мячик норовил покинуть пределы площадки, с корта доносились слова «болл» и «аут». Противники мучили друг друга, видимо, уже не первый сет. Их красные потные лица выражали явное облегчение, когда мяч попадал в квадрат подачи или после удачного смеша впивался в раздолбанное покрытие.

«Класс игры невысокий, — вспомнил Леонидов слова великого Остапа Бендера, глядя на то, что некоторые смелые люди назвали бы теннисом. — Зато пижонства до фига. Как красиво он замахивается, ракеточку так в наклон, бац — аут. Е ты мое».

Болельщиков и зрителей было немного. У самого корта ленивая блондинка с дорогим лицом и ногтями, явно не предназначенными ни для какого вида спорта, пыталась болеть за Павла Петровича. И похоже было, что это ради нее он так эффектно, хотя и бестолково, бежит к улетающему за пределы корта мячу. Блондинка пыталась изобразить любовь к великой игре, но то и дело подавляемый зевок сводил на нет все ее усилия.

Она явно скучала, и Леонидов отважился присесть рядом на кончик деревянной скамьи. Несколько минут он украдкой любовался красивыми ногами с явно заграничным загаром и почему-то вспомнил ночной разговор с Ланой. Девушки чем-то были удивительно похожи, но чем? Одна брюнетка, другая блондинка. И глаза незнакомки отливали зеленью морских вод, и помада не таила в своем цвете малиновых оттенков. Но выражение ее лица один в один повторяло то, что было у ночной девушки, и оттого они походили на родных сестер. Наконец Алексей осмелился:

— Девушка, вас не Ланой зовут?

— Еще чего! Я Нора, — протянула она сладким, как бисквит, голоском, почти проснувшись.

— А Нора — это производное от чего, простите?

— В смысле?

— Ну, например, Лана, как мне удалось узнать сегодня утром, выводится из Светланы, а из чего же следует такая редкость, как Нора?

— Из Елены. Елена, Элен, Элеонора, Нора — это все одно и то же. — Девушка явно оживилась.

— Ослепительно! У вас великолепно развито чувство прекрасного. Ну а я просто Леша от просто Алексея.

— Вы чей-то шофер?

— Так похож?

— Да вы же без ракетки. Значит, из свиты.

— А если я прохожий?

— Ну и проходите себе дальше. — Она зевнула, сделав новую попытку погрузиться в неприятное созерцание процесса игры.

— Ладно, Нора, карты на стол. Вы меня почти разоблачили. Я здесь жду Павла Петровича Сергеева, коммерческого директора процветающей фирмы «Алек-сер».

— Пашу? Почему тогда я вас не знаю?

— А должны?

— Я Пашина девушка. — Она тряхнула пшеничной копной и, прищурившись, посмотрела на него.

Страницы: 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Также по теме

Египет вновь открыт для туристов
В Египте после нескольких недель народного восстания и политических беспорядков вновь открылись самые знаменитые достопримечательности, привлекающие в страну миллионы туристов, – знаменитые пира ...

«Замогильные птички»
В тибетскую группу входят более 100 пирамид и монументов самых разнообразных форм и размеров, четко ориентированных по сторонам света и расположенных вокруг основной пирамиды высотой 6714 метров, кото ...

Пирамида Микерина
Пирамида Менкаура, сына Хафры и его наследника, которого греки называли Микерином, самая маленькая из больших пирамид Гизы. Первоначальная высота 66 м, нынешняя — 55,5 м, длина стороны 103,4 м. ...