Перед выходом на боевые старался не бриться, не мыться, ногти не стриг и письма не писал. Поговорка гуляла: «Кто в горах поброется, тот п…й накроется!» Может быть, неграмотно, но по сути – оправдывалось.

В зеркало не смотрелся. На колеса боевой техники не мочился, тем паче перед самолетом или вертолетом. Тут перед движком и окурка не бросали – обидится! Через левое плечо трижды плевал и по дереву стучал. Если дерева не было, то и по собственной голове, без всякого юмора!

Молитву охранную носил в билете (военном, партийном, комсомольском), в «пистончике» брючном, а то и в «пенале» автоматного приклада. Редко, но встречались кольца с надписью «Спаси и помилуй», пояски «Живый в помощи».

Часы трофейные не брал, а если и брал, то сам не носил. Медальона с личными данными не признавал, а в военном билете карандашом адрес домашний писал, поскольку обоснованно опасался, что могут останки не туда заслать.

Верил, что если кого-то «похоронили» ошибочно, то этот человек долго жить будет.

Двадцать первое число не любил. В этот «очковый» день много неприятностей случалось. И тринадцатое число не любил, особенно для полетов. Некоторые еще и про восемнадцатое такое же предубеждение имели. Перед вылетом не фотографировался, и женщину первой на борт не сажал. Афганка в парандже на дороге – гнилая примета.

Слова «последний» не признавал, говорил «крайний» или «крайний раз», не «домой», а «вовремя». Спиной к окнам и дверям садиться не любил.

В крайний месяц перед домом о безопасности особо думал. Не трусил, но были на то основания – опасное время! Офицеров на боевые, при живом «заменщике», умные командиры неохотно посылали. Тут уж не примета была – считай, закономерность. Не дразни судьбу и других не подставляй!

Оружие убитого товарища не брал – скверная примета! Не заправлял койки, не прибирался в тумбочке у тех, кто на задании, не садился на места тех, кто на боевых. И упаси Господь занять койку того, кто на боевых! Уходя, не оглядывался, а провожая – смотрел вслед. Бывало, крестился троекратно, особенно перед взлетом и посадкой.

Про себя несчастливые фамилии отмечал. Что ни сводка, то Иванов, Кузнецов или Зайцев! На себе, а тем более на боевых, старался ничего не зашивать. Уходя на боевые, дверь за собой не закрывал. Кто остался – закроют.

Верил, что в отпуске жениться – плохая примета.

Один «шурави» носил бирку из родильного дома, клеенчатую, первый «документ» сынишки. Все понимали – надежный талисман! Другой – танкист от Бога (в 81-м году «За отвагу» и «Красная Звезда») – с плюшевым мышонком не расставался. Так ведь из каких переделок выходил!

Верил, что «красные глаза не желтеют». Не особо оправдывалось, но все равно верил!

«Зеленые» (афганские солдаты) на своей броне – к беде. А куда денешься – облепят, не столкнешь. Хотя один танкист оправдывался: мол, лучшая активная защита от кумулятивных гранат. Детей, скота на дороге нет, дымы к небу с утра над кишлаками – жди подлянки от «духов».

На себе место чужой травмы, раны, куда пуля, осколок попали, – не показывали. Если кто не знал, то поправляли, делали замечание.

Также по теме

Розовая пирамида
Северная пирамида (либо Розовая пирамида) входит в число самых крупных пирамид Египта и занимает третье место по высоте среди всех египетских пирамид. Расположена данная пирамида на территории Дахшурс ...

Египетские пирамиды построены по современным чертежам
Ученые уже много лет пытаются понять, как древние египтяне построили свои гигантские пирамиды? Ведь архитектору той эпохи нереально было получить каркас произведения искусства, которое и сейчас считае ...

«Монументальное» искусство
Еще одна оригинальная пирамида и целый храмовый комплекс были обнаружены на морском дне у острова Йонагуни в самой западной части японского архипелага. Весной 1985 года местный инструктор по дайвингу ...