Никого не встретив, Саша вошел в подъезд. Ударившись головой о низко висевшую трубу, он воспринял это как должное, как само собой разумеющееся. Он выругался. Ругнулся беззлобно, не направленно, скорее, для порядка, чем от желания обругать кого бы то ни было. А потом поднялся по знакомой лестнице к квартире Холодца. Щемящая сердце тоска и беспричинное беспокойство снова овладели мыслями Саши. Ругательная надпись рядом с дверью Холодца, точнее, едкое замечание соседей относительно умственных способностей экстрасенса успокоило Сашу. Металлическая дверь квартиры Холодца была открыта, как и в прошлый его, Сашин, визит. Открыта, словно медиум ждал, словно догадывался, что Саша непременно навестит его.

Саша шел по узкому коридору, и ему казалось, что он шел по коридору из своего сна. Из того самого сна, где Саша видел странные часы. Часы, показывающие странное, точнее, необычное время. А еще он четко чувствовал, что двигался навстречу чему-то важному. Коридор был на этот раз еще темнее, и даже полоска света из-под двери была не такой яркой, не такой заметной, а даже какой-то блеклой и неприметной.

Саша вошел в ту самую комнату, тесную и загроможденную всякими колдовскими атрибутами. Белый маг в шестом поколении сидел за столом и что-то писал. Появление Саши не осталось незамеченным.

– Снова вы? – довольно холодно проговорил мужчина и с явным неудовольствием отложил на стол дорогую авторучку.

– Да, это я, – ответил Саша, отчетливо ощутив, что отпираться бессмысленно.

– Я слушаю вас.

– Я у вас уже спрашивал… – начал Саша. – Оля… она попала под машину…

– Что вы от меня хотите? – нетерпеливо перебил Сашу маг и волшебник. – Мы вроде бы выяснили, что ни к наехавшему на нее «Запорожцу», ни вообще к вашей Оле я не имею никакого отношения.

– Вы мне тогда сказали, что мотив ее поступков я должен искать в себе.

– И что?

– И я хотел бы знать, что это значит.

– Это ровным счетом ничего не значит.

– Как?! – возмутился Саша.

– Забудьте все, что я вам говорил. Забудьте об Ольге. Забудьте обо мне. Совсем забудьте.

Саша начал злиться. Он начал злиться и гневаться. И больше всего он гневался на себя. Саша злился на себя, оттого что не знает, как разговаривать с Холодцом, не знает, как заставить того рассказать о том, что он знает. Кулаки Саши непроизвольно сжались. Скулы напряглись. Напряглись до скрежета в зубах. Сашина злость была вызвана бессилием. И он, Саша, понимал это, четко понимал. Но также он ясно себе представлял, что ничего не может изменить.

– Я не могу забыть. Ничего не забывается. Это грызет, гложет меня. Я не могу упокоиться. Происходит нечто странное. А я не могу понять, что случилось. Вы могли бы забыть о руке, которую вам отрезают?

Саше показалось, что он привел удивительно правильное сравнение. Именно отрезанная рука. Саша чувствовал, что часть его жизни ушла безвозвратно. Словно стерта незримым художником. Словно от него, от Саши, отрезают по куску и оставляют истекать кровью в жесточайших раздумьях. Словно его, Сашин, элегантный плащ режут на клочки, а он остается терпеливым наблюдателем такого варварского надругательства.

Может быть, Сашин довод подействовал на Холодца. Но медиум как-то весь сжался, сделался меньше. На его лице промелькнуло что-то похожее на жалость.

– Поймите, – нотки сожаления и даже просительные нотки появились в голосе медиума, – я ничего не должен вам говорить. От этого будет только хуже. Не мне, а вам будет хуже. Вы сами должны все понять и во всем разобраться. И это точнее точного. Одному дается три дня, другому – девять, а кому-то, как вам, например, все сорок дней. За этот срок вам надо понять, постичь, переоценить все… всю жизнь. За это время надо все переосмыслить, понять, что не успел сделать, а по возможности исправить то, что можно исправить. А это, увы, не многим дано…

– Но… – попытался перебить Саша.

– Подождите! – властным взмахом руки остановил его Холодец. – Могу вам лишь посоветовать найти то место, откуда все началось. Тогда, и только тогда все станет ясно. Станет ясно и отчетливо понятно, что произошло. Там, где это началось, там это и закончится.

Саша четко осознал, что экстрасенс больше ничего не скажет. Он это понял по тому, как Холодец решительно взял со стола свою авторучку и принялся писать, всем своим видом показывая, что разговор на этом окончен.

Саша повернулся и ушел. Ушел, не прощаясь и не поблагодарив. Благодарить было не за что. Речь Холодца была неясной. Витиеватой и непонятной. Слова медиума были похожи на абстрактные работы Саши. В его картинах синяя полоса на желтом фоне могла означать все что угодно, от полоски моря на горизонте до небрежно брошенных брюк возле желтого дивана. Так и в словах экстрасенса Саша не увидел, не почувствовал особого смысла. Оставалось слишком много вопросов. Точнее, они все остались, эти вопросы. И ни одного ответа…

Страницы: 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97

Также по теме

Пирамида Микерина
Пирамида Менкаура, сына Хафры и его наследника, которого греки называли Микерином, самая маленькая из больших пирамид Гизы. Первоначальная высота 66 м, нынешняя — 55,5 м, длина стороны 103,4 м. ...

Способы постройки пирамид
По представлениям современных ученых пирамиды в Древнем Египте начали возводиться около 26 века до нашей эры. Но до сих пор не известно, как именно были построены эти чудеса света. Но одно мы можем ск ...

Ломаная пирамида
Ломаная пирамида, созданная фараоном Снофру 4-й династии Древнего царства, датируется около 2600 годом до нашей эры. Это уникальный пример первой настоящей пирамиды , а не ступенчатой. Расположена пи ...