Причем все это справедливо даже в том случае, если любовь счастливая, точнее, ответная. Потому что все равно приходят мысли и приходится думать эти приходящие в голову мысли. И ты думаешь о ней. Переживаешь. Переживаешь за каждое слово, сказанное ей. Переосмысливаешь, анализируешь каждый звук, каждый жест, исходящий от нее. И от этого никуда не деться. С этим можно или, точнее, приходится существовать. Решать какие-то проблемы, задачи и просто жить…

Саша пришел домой и сбросил куртку прямо на пол. Прямо на пол коридора он швырнул куртку. Элегантного плаща тогда у Саши не было. Поэтому Саша бросил на пол именно куртку. Он совершенно не знал, чем себя занять. Просто не представлял, что и как можно было сделать. Образ прекрасного старшего лейтенанта парализовал его волю и мысли.

А потом Саша взял телефонный справочник и нашел телефон, точнее, номер телефона того самого отделения милиции. Саша позвонил дежурному и спросил номер телефона кабинета № 26.

– Вам Ирина Анатольевна нужна? – спросил его дежурный.

– Да… – с замирающим сердцем ответил Саша. – Нужна… Очень нужна.

Саша едва не сказал дежурному, что она нужна ему так, что сердце останавливается, так нужна, что жить без нее не хочет… Но не сказал. Саша промолчал. А потом негнущиеся пальцы, его Сашины непослушные пальцы, с трудом нацарапали карандашом прямо на справочнике семь цифр. Семь заветных цифр ее телефона. Ее рабочего телефона. Саша тут же набрал этот номер, но сразу же нажал отбой. Он совершенно не знал, как построить разговор. «Потом… Потом. Не сейчас», – успокаивал он себя.

Затем Саша закурил. Вышел на балкон и закурил. Теперь он знал. Точно знал, как ее зовут. Ее зовут Ирина. Ирина – значит покой и мир. Но Саша не чувствовал покоя в своей душе. Наоборот. Душа его переворачивалась и не находила себе места.

Тогда Саша выбросил недокуренную сигарету. Выбросил прямо на ламинированный пол балкона. Выбросил и раздавил тапочком. А потом написал стихи. Стихи для нее, для Ирины.

В твоих глазах увидел я покой.

И свой покой я растерял тотчас!

Мой мозг кричал: «Санек, постой!»

Но я его не слушал – я погас.

Погас, как сигарета под ногой,

Точнее, как окурок сигаретный.

А пред тобой я был тогда нагой,

С меня сорвали гриф секретный.

Мои глаза тебе раскрыли правду,

Сказали о любви, точней, о страсти.

Я был тогда подобен арестанту,

Душа моя тогда рвалась на части.

Еще с меня сняла ты показанья,

Мой взгляд оставив отпечатком.

Но не любви, увы, а наказанья

Достоин я в знакомстве кратком.

Ты возбудила дело о любви моей.

Суровый приговор прочтен в глазах.

Я взят под стражу красотой твоей,

Но я отвергнут – и душа в слезах.

Саша писал стихи долго. Долго подбирал рифму и подставлял разные слова, чтобы оставался смысл. Но когда написал, Саша отчетливо ощутил, что время потрачено не впустую. Стихи получились очень личными, глубокими по смыслу. «Хорошие стихи», – подумал тогда Саша, наверное в двадцатый раз перечитывая родившиеся строки.

Саша перечитал последнее четверостишие, и ему сделалось грустно и жалко себя. Его еще никто не отверг, но Саша подумал мысль, что такое развитие событий вполне правдоподобно и даже оправданно. «Она – кто? Она страж порядка! Точнее, она охраняет покой граждан. А я? Кто я? Я всего лишь бедный архитектор, художник и поэт…» – с грустью думал Саша, и глаза его увлажнились.

А еще Саша не знал, что стихи окажутся пророческими.

Весь остаток дня Саша посвятил подготовке. Подготовке своей речи для Ирины. А еще он не спал ночью, почти не спал. Не спал и думал о том, что он может сказать девушке, чем может ее заинтересовать. Саша уже окончательно решил, что будет звонить. Звонить по телефону Ирине. А ходить больше не будет. В милицию Саша больше не пойдет.

Утром Саша пошел, а точнее, помчался на работу. Он помчался, полетел на крыльях любви. Он потребовал от секретарши ни с кем его не соединять и к нему никого не впускать, особенно Женю:

– Я занят. Очень занят. Я буду решать очень серьезный вопрос. Подчеркиваю, серьезный, точнее, деловой вопрос.

Минут тридцать Саша собирался с духом. Потом взял в руки телефонную трубку. Трубка в руке обжигала кожу, и казалась, что вес ее многократно увеличивался, как только Саша начинал набирать семь цифр, семь заветных цифр номера ее телефона. А набирал Саша много… Несколько раз нажимал на кнопочки с цифрами, но всякий раз после этого давал отбой. Сомнения терзали его душу. Сомнения и неуверенность отравляли своим ядом его мысли.

Саша встал и подошел к окну. Покурил. А потом очень решительно набрал номер и стал слушать гудки. Длинные гудки надежды казались растянутыми во времени, они казались слишком длинными, чрезмерно длинными. Длинными и бесконечными.

Страницы: 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73

Также по теме

Тайна Большого Сфинкса
Большой Сфинкс, также как и Великие пирамиды, был построен завоевавшими Египет семитскими племенами. Доказательства этому настолько просты и очевидны, что мне непонятно, почему ученые на протяжении со ...

ОТ АВТОРА
Парадоксально — но факт: чем дальше уходит человечество от своего далекого прошлого, тем больше нового узнает о нем. Так, XIX и начало XX вв. ознаменовались археологическими открытиями Трои, Микен ...

БОСНИЙСКАЯ ДОЛИНА ПИРАМИД
В 1994 г. рядом с городом Високо в 22 км. от Сараево, столицы Боснии и Герцеговины, велись боевые действия между сербами и боснийскими мусульманами. Во время артиллерийских обстрелов жители города слы ...