Саша вскочил и заметался по комнате.

– Погоди, дай вспомнить. Ой, господи! – Он хлопнул себя ладонью по лбу и рассмеялся, весело и от души рассмеялся, словно вспомнил анекдот. – Я же паспорта своим сотрудникам оформляю, точнее, загранпаспорта. Вот поэтому и фотография в кармане. Понимаешь, Алка, какие перед нами перспективы замаячили? Возможно с «Эмжэ» скоро заключит контракт, выгодный контракт и даже выгоднейший контракт, один очень серьезный зару…

Алла не дала возможности Саше договорить о зарубежном, серьезном зарубежном партнере и замаячившей перспективе.

– И ты носишь фотографию секретарши, чтобы оформить загранпаспорт? – перебила его Алла.

– Да, – твердо и уверенно произнес Саша.

Теперь засмеялась Алла. Алла смеялась невесело. Саша отчетливо понял это, что невесело, а даже как-то грустно. Смеялась Алла, а на щеках поблескивали слезы.

– Что? Что ты смеешься? – Саша не выдержал этого сурового, жесткого смеха, такого нерадостного и такого обличающего.

– А смеюсь я, Саша, потому, что ни разу не видела, чтобы на паспорт вдвоем фотографировались.

Неожиданно Саша подумал мысль и вспомнил, отчетливо вспомнил ту фотографию, где они вместе. Тогда они, уставшие от долгой ходьбы по парку, присели на скамейку. А фотограф, бродячий фотограф подстерег их в момент сладострастного поцелуя. Он сфотографировал их и протянул готовый снимок Саше и Инне. Саша не мог оставить это фото себе, а Инна тогда взяла фотографию. Но как сейчас она оказалась в его плаще? А теперь еще и Алла нашла этот снимок.

Еще Саша отчетливо понял, что Алла вряд ли поверит, что для экономии средств Саша решил сделать один на двоих паспорт, паспорт с его секретаршей. Секретаршей, которая никогда не была его секретаршей. Что-то в заплаканных и презрительно прищуренных глазах Аллы подсказывало Саше, что не поверит она и тому, что это его сестра, потерянная в детстве, а теперь вот случайно и счастливо обретенная.

Тогда Саша сознался. Сознался во всем, точнее, не во всем, а только в том, что на снимке действительно он.

– Ты, Алла, должна понять – бизнес, тем более такой… – Саша старательно подбирал слова, – ответственный, что ли… точнее, нужный и важный… Нужный особенно в нашей стране, где культура посещения отхожих мест не впитывается с молоком матери, не вколачивается ремнем отца, а отдана на откуп улице… Так вот, такой бизнес всегда вызывал и будет вызывать зависть и злобу завистников. Конкуренты не дремлют, Алла. Они изобретают все новые способы грязных технологий. Они ратуют за передел рынка, точнее, молодого рынка, а также цивилизованного отношения к физиологическим процессам всего человечества. Такие люди, Алла не гнушаются ничем. А метят они в меня! А как нанести вред росту ВВП, строительству новых дорог и новых квадратных метров евроуборных?

Алла, не понимая, куда клонит Саша, смотрела в его глаза, красные после бессонной ночи, и слушала пламенную речь супруга.

– А я тебе скажу. Я скажу тебе, Алла, что разлад в семье активнейшего налогоплательщика, известного в широких кругах своей непримиримой позицией, – цель этих реакционных сил! И вот этот пасквиль, вот эта фотофальшивка – их рук дело! Более того, тот кирпич перепутанный – все это звенья одной цепочки. И ты, Алла, своим недоверием, именно ты играешь на руку этим… этим пиратам, этим черным рейдерам без страха и совести.

Наверное, та убежденность, тот пыл и та горячность, с которой Саша говорил, склонили чашу весов в его пользу. Алла не просила прощения, не бросилась обнимать супруга после его обличительной речи, но стала вести себя по-другому, точнее, иначе. Она просто превратилась в ту молчаливую Аллу, которой всегда и была. В спокойную и добрую жену.

Саша понял, отчетливо понял, что, если он дорожит семейным очагом и не хочет все разрушить, он тоже должен вести себя иначе, точнее, по-другому. А еще он должен определиться. Определиться в своих мыслях, желаниях и действиях. Но он не мог. Саша все больше захлебывался в любовном омуте и запутывался в паутине собственного вранья.

Саша старался больше времени проводить дома, тщательнее планировать встречи с Инной и детальнее планировать обман. Но Алла уже не верила, не хотела верить, что супруга облили духами нечистоплотные конкуренты, что помада на его шее не что иное, как акция рейдеров, стремящихся подмять под себя «Эмжэ». Алла отказывалась верить в то, что надетые наизнанку трусы Саши, после срочного вызова к мэру поселка Петуховка, – происки вездесущих завистников.

А еще Саша видел сон. Точнее, он спал и видел сон. Сон снился четкий, яркий и красочный. И видел Саша сон, в котором он был вместе с Инной. А потом проснулся. Проснулся оттого, что рядом кто-то плакал. Плакала его жена Алла.

Страницы: 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47

Также по теме

БИБЛИОГРАФИЯ
1. Библия. Книги Священного Писания Ветхого и Нового Завета- Синодальное издание. 2. Авеста. — М, Дружба народов, 1993. 3. Аверинцев С.С. Плутарх и античная биография. — М, 1973. 4. Агбунов М.В. За ...

Война и политика в письмах Императрицы Александры
Результатом этой "утечки" стала первая публикация писем императрицы Александры Федоровны, предпринятая берлинским издательством "Слово" в 1922 году. Письма публиковались, начиная ...

Тайна Большого Сфинкса
Большой Сфинкс, также как и Великие пирамиды, был построен завоевавшими Египет семитскими племенами. Доказательства этому настолько просты и очевидны, что мне непонятно, почему ученые на протяжении со ...