Окинув Сашу снисходительным взглядом, бродяга усмехнулся уже губами, точнее, изъеденным язвами ртом. Неестественно желтые зубы блеснули в бледном овале приоткрытых губ. А еще бомж посмотрел в глаза Саши своими бесцветными глазами и внятно произнес:

– Вон его окна… – Он пальцем указал куда-то над головой Саши и добавил: – На третьем этаже он живет, а дверь сам найдешь.

Саша поблагодарил незнакомца и двинулся в указанном направлении. Перед ним стоял некрасивый пятиэтажный дом. Кирпич, из которого сложили дом, был серым и неприятным. Те самые окна на третьем этаже были зашторены плотным, как показалось Саше, материалом.

Он вступил в подъезд. Точнее, сначала отодвинул в сторону незапертую металлическую дверь с кодовым замком, а потом вошел. Исписанные традиционными надписями стены не вызвали интереса, но мрачная холодность стен обращала на себя внимание и даже навевала на Сашу тоску и беспокойство. Он даже отчетливо ощутил исходившую от них сырость, хотя на улице была сухая погода. А еще Саша почувствовал, как вспотели его ладони и напряглись беспокойные мысли. И какая-то заторможенность непреодолимо манила, или, правильнее сказать, требовала от него прекратить движение, остановиться. Не ходить никуда и остаться на месте среди исписанных похабщиной стен. Но Саша заставил свои ноги интенсивно сгибаться в коленях, точнее, не в коленях, а просто сгибаться и гнуться, чтобы двигаться. А когда обрел эту утраченную было способность к ходьбе, он зажмурил глаза и пошел…

В подъезде пахло как в придорожных туалетах после года интенсивной эксплуатации. Этот с детства знакомый запах успокоил Сашу еще больше. Он продолжал идти с зажмуренными глазами. Пошел и ударился головой о газопроводную трубу, низко висевшую в проеме. Этот внезапный удар неожиданно и отчетливо отрезвил Сашу, придал ему новых сил. Саша как будто со стороны услышал вылетевшую из его рта брань. Страшную брань и даже матерную ругань. Он почти отчетливо увидел вибрации своего голоса. Голоса страшно знакомого, точнее, просто страшного и совершенно незнакомого. А еще он ощутил себя былинным героем, сильным и озлобленным на «глупых газовщиков».

На какое-то время ему, Саше, стало ощутимо легче и стыдно, так стыдно, за те слова, что свободным потоком выползали изо рта после удара головой. Но потом он вспомнил, что и у автора «Рубашки», позиционирующего себя как мастер художественного слова, проскальзывают такие же точные и едкие фразы, что в народе именуется матом. Автор «Рубашки», этот инженер человеческих душ, умел грязно ругаться во всеуслышание со страниц своего романа и при этом говорил: «Мне кажется, что я умею разговаривать просто со всеми. И еще мне кажется, что я хороший человек».

«Значит, можно, значит, нужно», – спокойно решил для себя Саша и удвоил свои усилия в оскорблениях трубы, так нежданно приведшей его мысли в первозданный порядок.

Выплеснув поток справедливого гнева и отдышавшись, Саша уже спокойно поднимался по ступеням пятиэтажки. На третьем этаже перед Сашей предстали четыре одинаковые двери. Точнее, очень похожие между собой, металлические. И все же они отличались, но отличались лишь номерами. Стену рядом с одной из дверей украшала надпись: «Холодец – старый идиот». Саша подумал мысль и понял, точнее, отчетливо догадался, что «старый идиот» – это не имя и отчество медиума с чудной фамилией. Скорее всего, его зовут как-то иначе, но Саша не знал как именно, потому что Геша об этом ничего не говорил.

А еще он понял, что Холодец проживает именно в той квартире, возле которой он прочитал ругательную надпись. Саша хотел надавить на кнопку звонка, но заметил, что дверь не заперта. Он вошел внутрь. В длинном узком коридоре было темно. Из-под дальней двери пробивалась зыбкая полоска света. Саша хотел как-то обозначить свое присутствие в чужой квартире, он хотел закричать что-то типа: «Есть кто живой?», но гнетущая обстановка темного коридора не позволяла это сделать. Саше никак не хотелось, точнее, он даже боялся нарушить эту тишину.

Внезапно рядом с входной дверью Саша заметил притаившуюся фигуру человека, точнее, женщины. А это была именно женщина.

– Простите, – почти прошептал Саша, стараясь не тревожить царившую здесь тишину, – я ищу… мне нужен Холодец, но не тот холодец, что едят, а тот, что не едят. Вернее, я ищу Холодца, экстрасенса, медиума и тому подобное.

– Еще один, – проворчала женщина у двери и вздохнула.

И хотя женщина находилась от Саши достаточно далеко, Саша уловил из ее рта запах. Запах гниения. А еще Саша подумал, что, как только он начал заниматься туалетным бизнесом, его давно перестали волновать запахи. Но этот запах, исходивший от женщины, он уловил и даже почувствовал.

Страницы: 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35

Также по теме

Культура Норте-Чико
Культура Норте-Чико или Культура Караль-Супе (второе название чаще используется в испаноязычной литературе) — доколумбова цивилизация в регионе Норте-Чико на северно-центральном побережье Перу. ...

Египет вновь открыт для туристов
В Египте после нескольких недель народного восстания и политических беспорядков вновь открылись самые знаменитые достопримечательности, привлекающие в страну миллионы туристов, – знаменитые пира ...

Египетские пирамиды построены по современным чертежам
Ученые уже много лет пытаются понять, как древние египтяне построили свои гигантские пирамиды? Ведь архитектору той эпохи нереально было получить каркас произведения искусства, которое и сейчас считае ...