Оля тоже воодушевилась идеей Саши:

– А можно литературу популяризировать. Стихи на стенах писать, отрывки из произведений современных авторов.

– Да, конечно, можно, – согласился Саша. – Правда, это много денег не принесет. А хочется придумать что-то такое, чтобы навсегда доход был, чтобы не бояться больше за спокойную старость.

– Не рано ты о старости? – спросила тогда Оля, хитро улыбаясь.

– Главное, чтобы не поздно. А есть же еще любители надписи на стенах оставлять. Знаешь, рисунки там всякие, надписи непечатные? Но если у человека нет с собой карандаша или фломастера, как ему выразиться? Можно посадить перед дверью продавца со стикерами, и вот человек, потратив ничтожную сумму, уже с удовольствием наклеивает рисунок со схематически нарисованными половыми органами. Или там наклеивает прикольное слово из трех букв… Почему я раньше этой темой не интересовался?

Они еще пили и говорили. Много говорили. О чем говорили, Саша теперь не помнил. А еще Саша вспомнил, что Оля хранила тетрадки с его рисунками и юношескими стихами. Тогда его поразило глубокое стихотворение Геши, которое тот отказывался положить на музыку. «Это, старик, надо не петь, а чувствовать», – говорил тогда Геша. И Саша с ним был согласен. Стихи, которые написал Геша, действительно были хорошие. Точнее, очень точные, даже математически точные.

145, 17, 38!

14, 03, 100, 71.

700, 4, 3, 08,

504, 200, 2, 1.

Сашу всегда поражало умение Гены писать стихи. Но эти строки просто потрясли Сашу – строки, полные такими глубокими и точными мыслями. Он и сам попробовал написать что-то подобное, но, как сам тогда понял, у него это не получилось. И вот две тетради с этими первыми неумелыми мыслями, облеченными в стихотворную форму, где-то пылились у Оли.

Ничем запоминающимся тот вечерний разговор с Олей не отличался. Ничего важного он от нее тогда не услышал. А вот вспомнил. Вспомнил и прокрутил его в своей голове еще раз. Идея со стикерами и рекламой в туалетах так до сих пор и осталась идеей. Точнее, Саша начал что-то пробивать по этому вопросу, но обилие работы отодвинуло воплощения проекта на неопределенное время.

Саша еще раз продумал свои мысли об этом и, одевшись, вышел из кабинета. Он твердо и даже отчетливо решил обязательно разыскать Холодца и побеседовать с ним об Ольге.

Сначала он долго кружил по городу. Он любил ездить, если не было пробок. А пробок было немного. Точнее, было немного пробок там, где ехал Саша. Саша ехал, кружил по Бульварному кольцу, затем просто бесцельно покатался по незнакомым московским улочкам. Он поймал себя на мысли, что боится этого Холодца. Боится, но боится, скорее, не самого медиума, а того, что он может от него услышать. Услышать от Холодца, как ни нелепо это звучит. Саша как-то особенно остро почувствовал, что в этом разговоре может выясниться неприятная для него, Саши, подробность. Но желание выяснить все неуклонно приближало его к Мясницкой, где, по словам Геши, находился кабинет этого колдуна-экстрасенса.

А еще Оля хотела, непременно хотела женить Сашу. Женить во что бы то ни стало. Саша не понимал, чем была вызвана забота Оли о его, Сашином, семейном положении. Но Оля со свойственной ей основательностью и горячностью решила устроить Сашину жизнь. Вот женитьбы Геши Оля не желала, так как отчетливо понимала, что женись Геша – и квартира на Сретенке вмиг превратится в общежитие, а может, даже в сумасшедший дом. А вот Сашу Оля хотела и даже мечтала женить. Возможно, Оля наивно полагала, что, встретив девушку своей мечты, Саша захочет как-то устроиться в Москве самостоятельно, не занимая их, Олину и Гешину, жилплощадь. Из тех же побуждений, то есть отсутствия возможности обеспечить себя жильем, Саша благоразумно не собирался заводить каких-либо серьезных отношений. Поэтому всех претенденток, которых Оля сватала Саше, он или откровенно игнорировал, или не менее откровенно и даже отчетливо использовал в целях удовлетворения своей похоти.

Так и случилось с очередной «очень хорошей девочкой», которую Оля привела к себе домой в надежде растопить ветреное Сашино сердце. Саша тогда пришел рано. Он в то время работал еще над росписью стен детского сада. И очень быстро все закончил. Саша пришел злой и уставший. А еще он был голоден, как тот волк, похожий на молоток, что Саша нарисовал на стене дошкольного учреждения.

– Значит, ты говоришь, что все они там к тебе клеятся? – громко спросила Оля подругу, как только входная дверь за Сашей захлопнулась.

Вопрос был задан настолько громко, что Саша понял, отчетливо понял и даже сообразил, что это сцена разыгрывается для него. А еще он понял, что это не сцена вовсе, а даже целый спектакль, имевший целью обратить Сашино внимание на Марину, как звали девушку.

Страницы: 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28

Также по теме

Предисловие
В сказке «Алиса в Зазеркалье» – второй части знаменитой детской дилогии Льюиса Кэрролла, ныне вошедшей в классику литературы для взрослых, – есть забавное стихотворение (исполняемое Траляля, брато ...

Пролог
…Гнев и отчаяние раскаленными иглами терзают душу… …срывающийся снег больно царапает разгоряченное лицо… …слишком мало времени… …слишком мало силы… …слишком много противников… …только боль, ...

Культура Норте-Чико
Культура Норте-Чико или Культура Караль-Супе (второе название чаще используется в испаноязычной литературе) — доколумбова цивилизация в регионе Норте-Чико на северно-центральном побережье Перу. ...