Проснулся Саша совершенно разбитым и не выспавшимся. Ему даже показалось, что он заболел. Не почувствовал, а именно показалось. Он проснулся и не почувствовал тела. Скорее всего, проснулась одна голова, когда все тело еще спало. А в голове был Саша. Он открыл глаз, один глаз, и стал слышать.

А еще все ему казалось чужим. Квартира, где он жил последние лет пять, была его, но определенно казалась чужой. «Наверное, Олин поступок все перечеркнул», – подумал он тогда и начал думать мысли.

Привычных звуков оживающего дома он не услышал. Аллы не было, как не было и детей. Саша подумал, что жена встала раньше и уже увезла детей в школу, а его будить не захотела.

Саша поднялся, сменил измятый костюм и засобирался на работу. А когда он выходил из дому, на сотовый позвонил Геша. Он опять начал благодарить Сашу. Но Саша его прервал. А Геша сказал, что поедет к отцу в Тамбовскую область.

– Не могу я эту новость по телефону ему сообщить, – объяснял Геша. – Я должен в этот момент находиться рядом с ним. Я глаза его видеть должен.

– Ты после вчерашнего отошел? – заботливо поинтересовался Саша.

– Не беспокойся, – ответил Геша, – все нормально. Я вообще Машу хочу попросить, чтобы она за руль села.

– Правильно, – похвалил Саша. – Это очень хорошая и правильная идея.

А про себя он подумал, что идея и впрямь замечательная, если только Маша втиснется за руль. Последнее время Маша заметно располнела.

Саша прошествовал в свой кабинет и мягко опустился в удобное кресло. И сегодня он пришел первым. Никого еще не было. Точнее, был один Саша, а другого никого не было. Еще не пришли.

На большом столе призывно блестела глянцевая обложка «Рубашки». Но Саша отвел взгляд от притягивающей внимание книги. Глаз лег на фотографии, плотно облепившие стены. Прямоугольник света из окна выделил группу его любимых фотокарточек. Вот он, Саша, стоит в элегантном плаще возле туалета, из которого выходит и одергивает юбку известная певица. Вот он на фоне кирпичной кладки туалета трассы Нижневалуйск – Огреховск. Большой туалет на фото заполняет собой весь кадр как грозное напоминание о делах насущных. В центре, на самом почетном месте, синяя табличка «М» и «Ж» – дубликат первой «мемориальной доски», установленной на туалете в Подмосковье у торгового центра «Руслан и русалочка».

Еще на его столе стоял макет туалета. Саша очень гордился этой уменьшенной копией придорожного сортира. Когда-то он сам его спроектировал, и ему его изготовили. При этом туалет сделали очень точно, почти как настоящий. Маленькие кирпичики и настоящий цемент образовывали стенки уборной. Миниатюрные буковки «М» и «Ж» манили, звали окунуться в уютный круг тех, кому приспичило. Специальный коричневый гель, картинными кусочками наваленный у входов, издавал присущий подобным заведениям запах. Впрочем, от такого натурализма пришлось отказаться. Дело в том, что Саша впоследствии часто заказывал подобные макеты и раздаривал их друзьям и знакомым. Некоторые привередливые барышни отказывались принимать подарки с естественным ароматом. Теперь Саша ограничивался цветным гелем без запаха.

Миниатюрные туалеты всем очень нравились, а Саша прямо-таки гордился своей остроумной выдумкой. Туалеты были красивые и символичные.

Взгляд снова лег на «Рубашку». Саша почти решился бросить ее в мусор, но сдержался. Сдержался, потому что эту книгу дала ему Оля. Надо было как-то пересилить себя и «добить» ее до конца.

Саша снова отчетливо почувствовал, точнее, ощутил, что что-то важное ушло из его жизни. Очень важное. И оно ушло, его больше не было. В кабинете не хватало какой-то необходимой составляющей. Тревожное чувство утраты чего-то важного не давало ему возможности сосредоточиться на ощущениях. Мысль, которую Саша силился обдумать, то и дело ускользала и не поддавалась осмыслению.

А еще Саша думал, что и кабинет и квартира его остались прежними. Только все это казалось отрезанным от внешнего мира, каким-то автономным и отрезанным. Но в целом ничего не поменялось. Изменился сам Саша. Но в чем состояло это изменение, он пока не смог уловить и четко понять и даже осознать. Даже плащ, его элегантный плащ, казался чужим и неважным.

И все же Саша уловил, точнее, почувствовал на тонком, ранее неведомом ему уровне, что изменения эти связаны с тем, что сделала Оля. Саша осознавал, что, пойми он мотивы ее действий, как-то все образуется и станет на свои места. А Оля делала странные поступки. Но она прежде всего женщина, а понять женщину далеко не просто. Очень часто женщины не вписывались ни в одну стройную систему психологии, даже в кропотливо выстроенную годами самим Сашей.

Страницы: 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21

Также по теме

Культура Норте-Чико
Культура Норте-Чико или Культура Караль-Супе (второе название чаще используется в испаноязычной литературе) — доколумбова цивилизация в регионе Норте-Чико на северно-центральном побережье Перу. ...

«Замогильные птички»
В тибетскую группу входят более 100 пирамид и монументов самых разнообразных форм и размеров, четко ориентированных по сторонам света и расположенных вокруг основной пирамиды высотой 6714 метров, кото ...

ЭПИЛОГ
Теперь я подхожу к самому невероятному эпизоду моей истории, к моему перемещению во времени, в вашу эпоху. Мы работали над овладением темпоральными полями, и нам уже удалось добиться кое-каких ус ...